Эта статья является очень кратким пересказом доклада известного польского историка Мечислава Загульского. Данный доклад был прочитан на ХIV юбилейном заседании Утрехтского Исторического Общества при кафедре истории Утрехтского протестанского университета в Лейдене. Нам показались интересными, хотя и не бесспорными, некоторые положения доклада. К сожалению, мы не имеем возможности опубликовать его полный текст. Но и сокращенный вариант дает полное представление о взглядах и концепциях автора.

    История Великой Отечественной войны знает немало тайн. Некоторые тайны со временем перестают быть таковыми, благодаря усилиям ученых, введению в научный оборот новых документов или снятию грифа "Секретно" со старых.
Но самой неизвестной страницей войны остается страница о взаимоотношениях военначальников. Разумеется, они не были такими идилличискими, как это описано в некоторых мемуарах.
Не будем забывать, что хотя они все и делали общее дело, но как професссионалы они были конкурентами. И очень ревниво относились к славе других. К присваемым званиям и наградам.
Изредка это глухо пррывается в мемуарах: "Наша армия (дивизия, корпус, фронт) уже вырвалась на оперативный простор, а сосед справа (слева) безнадежно отстал (застрял) у переднего (самого) края обороны и сильно тормозил (сдерживал) неукротимый (победный) темп нашего (общего) наступления".
Все-таки, такие или подобные фразы встречаются в воспоминаниях. Знающий человек, конечно, разберется, кто этот сосед справа (слева). Ну, а незнающий? Так же не для него это все писалось.
В этой конкурентной борьбе применялись различные методы. Мы не будем говорить о доносах, которые буквально захлестнули Красную армию начиная с середины 30 - ых годов. Это тема отдельного большого исследования.
Но некоторые методы устранения конкурентов отличались особой жестокостью. Мы начнем издалека и подробно рассмотрим действующих героев, мотивы их действий и сами действия.
Начнем мы, пожалуй, с самой известной фигуры Великой Отечественной войны - с маршала Жукова Георгия Константиновича.
Как известно, Г. К. Жуков был с января по июль 1941 года начальником Генштаба и зам. наркома обороны СССР. Это им издана знаменитая директива: "не поддаваться на провокацию и не открывать огонь". И, как известно, она неукоснительно выполнялась и до, и 22 июня 1941 года, что привело к громадным потерям.
И только Командующий ВМФ СССР адмирал Кузнецов не выполнил приказ Г. К. Жукова и, вопреки ему, привел флот в боевую готовность. Вся артиллерия флота и на Черном море, и на Балтийском встретила самолеты немцев, как и положено - огнем.
Более того, флот даже сбил несколько самолетов и защитил тогда Севастополь и Кронштадт от бомбардировок. То есть, в самый тяжелый день войны флот не только не понес потерь, но даже нанес ощутимый урон противнику. Не поддался панике и остался полностью управляемым и готовым к борьбе.
На фоне полностью деморализованых сухопутных войск и разгромленной авиации, сохраненный и боеспособный флот показывал несостоятельность Г. К. Жукова, как начальника Генштаба. И Г. К. Жуков этого флоту не простил.
Отсюда и не очень умное использование флота. Как известно, в оперативном управлении флот подчиняется армии. Отсюда и вмерзшие в лед Финского залива Балтийские линкоры. Отсюда и использование на Черном море военных кораблей, как грузовых и пассажирских. Отсюда и потеря всех боевых кораблей Черноморского флота к 1944 году. При этом надо учесть, что немецких боевых кораблей на Черном море не было.
А после войны, в 1956 году Адмирала флота Советского Союза Кузнецов был понижен в звании до вице-адмирала и снят с должности главкома ВМФ и 1 - го зам. министра обороны СССР.
А министром в то время был Г. К. Жуков. И повод, формальный, был - гибель линкора "Новороссийск". (Хотя трудно представить кому в 1955 году нужен был старый, постройки 30 - ых годов итальянский линкор. А для Черноморского флота он, скорее был тяжелой обузой и, который, буквально навязали флоту в счет репараций).
Долго Маршал Советского Союза Г. К. Жукова охотился за Адмиралом флота Советского Союза Н. Г. Кузнецовым и через пятнадцать лет достал.
Нет, адмирал Кузнецов не был конкурентом Г. К. Жукова. Но он был живым напоминанием бездарности Г. К. Жукова на посту начальника Генштаба, а это, согласитесь - неприятно.
А с прямыми конкурентами Г. К. Жуков расправлялся более жестоко и кровожаднее.
Как известно битва и победа под Сталинградом являются переломными для Великой Отечественной войны. Это, как сказали бы математики, точка перегиба, после которой функция меняет знак. Изменения, которые произошли после Сталинграда вряд ли можно измерить. В армии изменилось все, вплоть до формы одежды. Да и во время Сталинграда армия стала другой. Кстати, тогда и зафиксирован первый огневой контакт между частями НКВД и подразделениями армии. Сам этот факт говорит о многом.
И после Сталинграда в армии введено единоначалие.
Г. К. Жуков имел к Сталинграду лишь косвенное отношение. Сейчас уже трудно, в деталях, узнать, как и почему это произошло, но это - факт!
А Сталинград сделали такие люди, как командующие фронтами А. И. Еременко, К. К. Рокоссовский, Н. Ф. Ватутин, командармы Ф. И. Толбухин, И. М. Чистяков, П. И. Батов, И. В. Галанин, В. И. Чуйков и огромное множество других командиров и солдат. А координировал действия фронтов на всем протяжении Сталинграда генерал-полковник артиллерии Н. Н. Воронов, который был представителем Ставки Верховного главнокомандования.
Н. Н. Воронов интересная фигура в Красной Армии. Во-первых непосредственное участие во всех вооруженных конфликтах на територии СССР. И за границей (Испания, 1936 - 1937 гг. Монголия, Халхин-Гол, 1939 г.). Во-вторых высокая образованность и интеллигентность, присуствие на маневрах иностранных армий. В-третьих человек, которому доверял и которого уважал И. В. Сталин. И не только прислушивался, а внимательно слушал.
Говорят, что выражение "Артиллерия - бог войны" родилось у Сталина, который очень любил четкие и краткие формулировки, после нескольких бесед с Н. Н. Вороновым.
И последнее, самое главное. Н. Н. Воронов - артиллерист со стратегическим мышлением. Он - единственный командир рода войск, который осуществлял координацию действий общевойсковых командиров такого высокого ранга, как командующий фронтом.
И вот февраль 1943 года. Блистательно завершена операция "Кольцо". Впервые окружена и разгромлена мощная группировка противника. В плен взято около 100.000 солдат, офицеров и генералов. И даже один фельдмаршал!
В Германии траур. На устах людей всего мира слово "Сталинград". И Сталин доволен - теперь его имя оcтанется в веках, благодаря этой выдающейся военной операции.
(Кстати в это же время бездарно и с большими потерями провалено Ржевское наступление под непосредственным командованием Г. К. Жукова.)
И Н. Н. Воронов на вершине славы он уже маршал артиллерии и впереди блестящая карьера, может быть зам. Главнокомандующего, а потом министр обороны?
Но на пустой проселочной дороге, в глубоком тылу машина маршала вдруг теряет управление, летит в кювет и переворачивается. Буквально несколько секунд назад тут прошел БТР охранения и ничего. А машина маршала попала в аварию!
Н. Н. Воронов был доставлен в госпиталь, а аварией занялся Особый отдел Сталинградского фронта. Особые отделы - это отдельный, очень специфический вид войск, осуществляющий, охранные, карательные, следственные и, иногда, судебные функции и входящий в НКВД. А непосредственно работой Особых отделов руководил зам. наркома НКВД СССР, кавалер орденов Суворова I - ой и II - ой степени и ордена Кутузова I - ой степени, генерал-полковник В. С. Абакумов, приговоренный к расстрелу в 1954 году за вредительство, совершение терактов и участие в контрреволюционной организации. Прошу вас, читатель, запомнить эту фамилию, она нам еще встретится.
Следствие по делу об аварии вел старший лейтенант Государственной Безопасности Кривошапкин Ю. С. Дело это небольшое и недлиное. Начал старший лейтенант, естественно, с шофера. Отмечено, что за два часа до поездки шофер пообедал и принял, недавно введеные, положенные наркомовские 100 гр. И больше про шофера ничего: ни классность, ни стаж, ни время наезда на этой машине. Все это старшего лейтенанта ГБ не интересует.
Привлекает внимание следующая фраза из следственного дела: "Совешенно не представляется возможным во фронтовых условиях провести техническую экспертизу изношенности тормозных колодок и состояния колонки рулевой тяги" (так в тексте).
Интересно, почему внимание привлекла только рулевая колонка? Но Кривошапкин Ю. С. все-же оказался человеком. Виновником происшествия был объявлен шофер, которого предлогалось перевести в строевые части и отправить на передовую. Что, наверняка и было сделано.
На первой странице дела размашистым почерком В. С. Абакумова наложена резолюция "Ознакомлен", дата и подпись. Как видно из записей, на следующий день дело сдано в архив. И все.
А что же маршал артиллерии Н. Н. Воронов? А у него после аварии и госпиталя каръера не задалась. Нет, конечно, он стал Главным маршалом артиллерии и, теоретически, командовал всей артиллерией Красной армии. Но решать оперативные задачи такого масштаба ему уже не пришлось. И снова главным представителем Ставки во всех крупных операциях стал Г. К. Жуков.
Но к 1945 - му году у Г. К. Жукова появился новый опасный конкурент.
Черняховский Иван Данилович - генерал армии, командующий войсками 3-го Белорусского фронта.
Биография Черняховского проста, но удивительна! Родился в 1906 году. Великую Отечественную войну встретил командиром танковой дивизии в звании полковника. В 1941 его дивизия (одна из очень немногих!) организованно отходила (не бежала!) под ударами немцев, чем и сохранила себя, как боевая единица, хоть и изрядно потрепанная.
Может быть поэтому в середине тяжелого 1942 года полковнику Черняховскому И.Д. присвоено звание генерал-майор. А в это время награды и звания давались очень скупо. Особенно - генеральские.
Ну а дальше, после Сталинграда, когда начались победы, генеральские звания И.Д. Черняховскому присваивались с частотой, феноменальной даже для военного времени. В феврале 1943 года - генерал-лейтенант. В марте 1944 года - генерал-полковник. В июне 1944 года - генерал армии.
Но это же не абстрактные звания. С июня 1942 года командир танкового корпуса. С июля 1942 года - командующий армией. С апреля 1944 года - командующий войсками Западного фронта, потом - 3-го Белорусского фронта.
За два года от полковника до генерала армии, от командира дивизии до командующего фронтом! По-моему в Советской Армии аналогов нет!
И Сталину талантливый и молодой И. Д. Черняховский внушал определенные симпатии. Он видел в нем молодую смену, идущую на замену таким "старикам", как Жуков или Тимошенко. Эта молодая поросль не знала Сталина в Гражданскую войну, ее почти не коснулись репрессии тридцатых годов, как, например, Рокосовского или Марецкого, у них был один кумир и не было вредных (для Сталина) воспоминаний.
И, естественно, все назначения и все звания, присваемые Черняховскому, проходили с участием Сталина. Без его участия вообще мало что проходило.
Как известно, в разговоре Сталин называл дивизии по номерам, а армии и фронты фамилиями командующих. И за каждой фамилией стояли лично знакомые Сталину, люди. И наверняка И. Д. Черняховский представлялся Сталину в июне-июле 1942 года, в связи с предстоящим назначением на пост командующего 60 - ой армией. Вот тогда-то Сталин отметил и выделил для себя И. Д. Черняховского. Но несомненно то, что и раньше Сталин пристально следил за ним. Иначе на армию бы не поставил.
Но перенесемся сразу в начало 1945 года. Командующий 3-го Белорусского фронта, генерал армии И. Д. Черняховский под Кенигсбергом и готовится к штурму города. Ему уже сообщили, что на 23 - е февраля ему будет присвоено звание маршала. Таким образом он попадает на самый верх командной элиты СССР. Самый молодой маршал! И по всем данным - самый перспективный, если у маршала бывают перспективы. Бывают, но только одна! Министр обороны!
Но И. Д. Черняховский нерадостный. Близкие, друзья и коллеги отмечают нахмуренную сосредоточенность И. Д. Черняховского в январе-феврале 1945 года. Что он предчуствовал, о чем он тогда думал мы уже никогда не узнаем, но думы эти были невеселые.
И вот 18 февраля, ранним утром И. Д. Черняховский выехал на позиции, чтобы проверить подготовку частей фронта, солдат и командиров к предстоящей операции. И на фронтовой рокаде позади машины командующего разрывается снаряд. И. Д. Черняховский ранен осколком одиночного снаряда и вечером умирает во фронтовом госпитале.
На фронте затишье и по фронтовым сводкам на этом участке не было никаких артиллерийских обстрелов в течение двух суток до рокового выстрела и в течение полутора суток после. Один снаряд за 80 часов! И - в машину командующего!
Следствие по делу об убийстве И. Д. Черняховского ведут органы НКВД. И здесь мы снова сталкиваемся с нашим старым знакомым В. С. Абакумовым. Теперь он возглавляет ГУКР Смерш. Совсем другое ведомство. Хоть и родственное, но вряд ли дружественное. Но В. С. Абакумов в это время еще и уполномоченный НКВД на 3-ем Белорусском фронте.
И он оставляет без внимания странный пассаж из следственного дела, который наводит на размышления. Вот он: "По картине выброса осколков снаряда, по размеру и форме воронки нельзя точно определить траекторию, калибр и вид снаряда". Что значит: "Точно определить траекторию"? С немецких позиций, на этом участке дорога не просматривается. Выстрел был сделан вслепую. Да и какая разница с какой точки немецких позиций был выпущен снаряд? Или... Что хотел сказать следователь?
Мы знаем, что осколок, которым был ранен И. Д. Черняховский, пробил корпус машины, а затем спинку сиденья. Множество других осколков осталось на месте разрыва снаряда. Но эта фраза, практически, закрывает дело, особенно, если подойти к делу формально и абсолютно ничего не расследовать.
Снова размашистым почерком В. С. Абакумова наложена резолюция "Ознакомлен" и дело направлено в архив.
А командующий 3-м Белорусским фронтом, генерал армии И. Д. Черняховский похоронен в Вильнюсе. В городе, который незадолго до рокового снаряда, его фронт освободил.
А теперь рассмотрим фигуру В. С. Абакумова. Молодой, красивый щеголь и мастер спорта по самбо, который лично избивал подследственных на допросах и начальник Управления особых отделов. Кстати, карьера В. С. Абакумова в органах, хотя и не такая блистательная, как у И. Д. Черняховского на фронте, но тоже впечетляет. В 1932 г. практикант отдела ОГПУ,а в 1941 г. уже зам. наркома внутренних дел СССР!
Он познакомился с Г. К Жуковым во время совместной работы над проектом директивы №169 НКВД о создании заградительных отрядов в тылу Красной Армии.
А еще В. С. Абакумов очень не любил своего шефа Л.П.Берия и всегда хотел его "сьесть". А этого очень хотелось и Г. К Жукову, который очень опасался Л.П.Берия. А В. С. Абакумов нуждался в Г. К Жукове, который во время войны, несомненно, был первой после Сталина фигурой и помог В. С. Абакумову стать начальником Смерша и выйти из под начальства Л.П.Берия. Так, что на некоторое время личные интересы Г. К Жукова и В. С. Абакумова могли совпасть и привести к сотрудничеству.
Но после войны, естественно, все изменилось. И уже В. С. Абакумов, министр МГБ, докладывает Сталину об обыске на даче Г. К Жукова и о найденных там тысячах единиц трофейных ценностей: золотых изделиях, драгоценостях, мехах, посуде, картинах, коврах и гобеленах... (Интересно, кто это все привез маршалу?). И маршал Жуков Г. К. назначается командующим Уральским округом.
А в 1951 году В. С. Абакумов был арестован по обвинению в сокрытии "сионистского заговора" в МГБ СССР. Другим не меньше него хотелось порулить. И донос, написанный его подчиненным М.Д. Рюминым (Митькой), явился вполне достаточным основанием для ареста. Но В. С. Абакумов сидит под следствием до 1954 года. Уже умер Сталин, расстрелян бывший шеф В. С. Абакумова - Л.П.Берия, расстрелян доносчик М.Д. Рюмин. К власти приходит Н. С. Хрущев, а Г. К Жуков теперь 1-й зам. министра обороны (тогда эта должность называлась 1-й зам. военного министра). И тогда, в 1954 году состоялся суд над В. С. Абакумовым. Суд приговорил его к расстрелу и на следующий после суда день, он был расстрелян.
А на следующий 1955 год Г. К Жуков стал министром обороны. Наконец - то.

Вы можете обсудить эту статью на форуме    

13.11.06